natalter
Больше всего в своей жизни я работала с большими острыми межпозвонковыми грыжами. И каждый больной обязательно спрашивал: отчего же она у меня возникла? Вроде бы, все описывали один и тот же путь. Поднял тяжесть - появилась резкая боль - не смог разогнуться - 3-5 дней колол уколы – не помогло или чуть-чуть помогло, но боль пошла в ногу до самой стопы - нога онемела - полулежа доехал до МРТ – там увидели огромную грыжу - оттуда поехал к нейрохирургу - назначили операцию - кто-то посоветовал обратиться к вам - вот лежу у вас на кушетке.

Но даже в этих (казалось бы, очевидных) случаях у меня оставался вопрос. Почему человек много раз до этого поднимал различные тяжести, но такой серьезной “поломки” не происходило? Что изменилось? И всегда, в 99% случаев, причина находится быстро.

Оказывалось, что человек в момент возникновения боли уже находился в постоянном напряжении. Например, на грани увольнения с работы или развода, через какое-то время после смерти родителей или других близких.

То есть, болезнь телесная была напрямую связана с психологическими сложностями. И что же с этим знанием делать мне, доктору и целителю, к которому обратились за помощью именно по поводу грыжи? Зависит от того, в какой именно момент и из-за чего появилась проблема.

Впрочем, в любом случае вначале нужно вылечить возникшую “поломку”. Убрать грыжу или хотя бы снять острое состояние. Но я очень осторожно отношусь к консервативной терапии, потому что хуже всего, на мой взгляд, если острое состояние станет хроническим. Шансов на физически активную жизнь тогда у человека остается очень мало. А уж к оперативному лечению я отношусь в разы осторожнее. Потому что, на мой взгляд, нанести организму еще одну травму, чтобы убрать последствия предыдущей, это не очень хорошая идея. И годится только в самых крайних случаях.

В остальном - возможны следующие варианты:

1. Если грыжа возникла на фоне сильного внутреннего конфликта, когда человек не может принять решение, болезнь как бы “дарит” возможность полежать и подумать, что ему в жизни важнее. Выбрать жену или любовницу? Поменять работу или остаться на прежнем месте? С такими решениями спешить не стоит, нужно все взвесить.
2. Если болезнь - это «отходняк» после принятия тяжелого решения или тяжелого жизненного периода, тогда главное - восстановление. И физических ресурсов, и психических.
3. А иногда пациент заболевает, когда осознает, что дальше так жить нельзя. То есть сначала болезнь сигналит о проблеме, а потом уже высвечиваются сложности. И в этом случае болезнь опять-таки оказывается поводом для пересмотра ценностей и приоритетов.

И эти обстоятельства сильно влияют на процесс лечения. Лучше всего выздоравливают люди, которые уже все решения приняли. А также те, кто пережил трагедию и смирился с ней. Дальше им нужно только отлежаться и набраться ресурсов. Кстати, в легких случаях по этой схеме обычно развиваются инфекции. В более серьезных - что-то посерьезнее. Но главное, человек уже спокойно лечится, выполняет предписания врача, отдыхает, набирается сил и выздоравливает

Гораздо сложнее, когда важное решение еще не принято. Правда, чтобы приоритеты в жизни расставились практически сами, обычно бывает достаточно слечь в постель. Организм как бы дает человеку наглядный урок: смотри, кто тебе важен и какие отношения важны, когда ты заболел. Люди вдруг понимают: если я стану инвалидом, то на работе уж точно никому не буду нужен. Иногда, как результат болезни, увольняются с того места, где их слишком эксплуатируют, или что-то меняют в своем отношении к работе.

Сложнее всего, когда заболевший только начинает понимать, что его что-то не устраивает. Ресурсов на перемены нет, смиряться с тем знанием, которое дала болезнь, не хочется. Да и мотивации выздоравливать, честно говоря, нет. Тогда болезнь дает оправдание бездействию. Выражаться это может в форме: “Я от него не ухожу, потому что кому ж я нужна, инвалид” или “Как же я заработаю больная”.

В любом из этих и других случаев у человека возникает острый дефицит ресурсов. И тогда очень важно, чтобы кто-то в семье поддерживал пациента. Понятное дело, что женам и мужьям , родителям самим страшно, когда близкий человек тяжело болеет. Трудно выбрать стратегию лечения: идти ли на операцию, к мануальщику или к целителю.

Я безусловно выбираю в этом случае медицину в сочетании с целительством. Потому что именно при нетрадиционном лечении я делюсь с человеком своими силами, ресурсами в большом количестве. Причем я их направляю непосредственно туда, где «прорвало», где обнаружилось слабое место. И, кстати, это место потом перестает быть слабым. Потому что рецидивов практически не бывает. А вот после операции, наоборот, поясница становится очень уязвимой, и операции на ней могут повторяться несколько раз.

И конечно, очень важна простая человеческая поддержка. А также ясность, которую дает нам взгляд со стороны. Иногда достаточно одной-двух фраз, чтобы человек увидел, где он позволяет себя эксплуатировать другим или нещадно эксплуатирует сам себя.

Часто в процессе избавления от грыжи люди переживают свой собственный тяжелый экзистенциальный кризис. И я бываю очень рада когда вместе с “чистой” контрольной томограммой, люди приносят мне и хорошие новости “о жизни”. Например, рассказывают, что после лечения у них в целом все наладилось. Теперь они живут спокойнее и понимают, в чем их основные приоритеты. И ни спина, ни голова больше не болит.

@темы: грыжи, психосоматика, психотерапия, ресурсы